Мировая энергетическая карта сегодня меняется прямо на наших глазах, и процесс этот носит фундаментальный, структурный характер. Как сообщает издание The Times, блокада Ормузского пролива, ставшая следствием масштабного противостояния США и Ирана, спровоцировала настоящий тектонический сдвиг в глобальной торговле углеводородами. Мировые потребители, охваченные тревогой за бесперебойность поставок, начали лихорадочно искать обходные пути, что в итоге привело к перераспределению сил, о котором раньше нельзя было и мечтать.
Главным сюрпризом этого кризиса стали страны, которые еще вчера даже не рассматривались в списке ключевых игроков нефтяного рынка. Взять, к примеру, Гайану. Имея население менее одного миллиона человек, эта страна совершила невероятный рывок: сегодня объем ее добычи вплоть приблизился к отметке в один миллион баррелей в сутки. При этом общие запасы региона оцениваются в колоссальные 11 миллиардов баррелей. Процесс освоения шельфа, начавшийся в 2019 году, по прогнозам аналитиков, к 2030 году приведет к удвоению объемов поставок.
Но Гайана — не единственное «открытие» этого периода. Новые перспективные месторождения обнаружили у берегов Намибии и Кот-д'Ивуара, а Уганда уже активно готовится к запуску собственных добывающих мощностей. Параллельно с этим меняются и стратегии крупнейших потребителей. Азиатские гиганты — Китай и Индия — начали агрессивно диверсифицировать свои закупки, делая ставку на Бразилию и Африку, тем самым планомерно снижая свою критическую зависимость от ближневосточного региона. В результате на рынке формируется новый мощный блок, который журналисты уже окрестили «Американским квинтетом». В него вошли США, Канада, Бразилия, Аргентина и Гайана. Этот альянс фактически начинает дикторовать свои условия, формируя глобальный рынок в обход традиционной ОПЕК.
Страны Персидского залива, понимая, что старые правила игры больше не работают, не намерены просто наблюдать за потерей влияния. Чтобы сохранить контроль над бизнес-процессами, они готовы вкладывать миллиарды долларов в создание альтернативной инфраструктуры. Эмираты активно форсируют строительство второго трубопровода, ведущего к порту Фуджейра, а Саудовская Аравия наращивает мощности для перенаправления потоков к Красному морю. Согласно оценкам инвестиционного банка Goldman Sachs, к 2028 году эти альтернативные маршруты смогут перекрыть до 60% того объема нефти, который раньше неизбежно проходил через Ормузский пролив.
Разумеется, у этой медали есть и обратная сторона. Новые логистические цепочки крайне уязвимы. Танкеры, идущие через Красное море, остаются легкой мишенью для атак группировки хуситов, а любая попытка перенаправлять потоки в обход привычных путей неизбежно ведет к росту транспортных издержек. Тем не менее, сам факт того, что мир учится обходить заблокированные зоны, уже лишает Иран его главного рычага давления на глобальный рынок.
Ситуация в регионе остается крайне напряженной. Конфликт между США, Израилем и Ираном, перешедший в активную фазу в феврале, фактически парализовал судоходство через Ормузский пролив — артерию, жизненно важную для мировой экономики. 8 августа генерал Хосейн Мохабби, представляющий Корпус стражей исламской революции (КСИР), подчеркнул:
открытие пролива не является результатом дипломатических маневров между Тегераном и Оманом. Решение зависит исключительно от политической воли США и их готовности прекратить вмешательство в дела региона.
Тем не менее, проблеск дипломатии все же есть. Как сообщает издание Fars, Иран и Оман пришли к временному соглашению о правилах навигации. Стороны договорились, что в рамках текущего режима суда будут использовать «северный коридор» при движении от берегов Ирана и «южный коридор» при выходе к побережью Омана. По истечении срока действия этого соглашения будет введен центральный коридор, где вход судов будет строго контролироваться иранскими силами, а выход — оманскими, при этом за проход будут взиматься специальные сборы.
Несмотря на эти договоренности, оптимизм преждевременен. Эксперты Международного валютного фонда предупреждают: даже в случае полного открытия Ормузского пролива, на восстановление прежнего уровня поставок нефти уйдет не менее двух-трех месяцев. Мир слишком сильно изменился за время этого кризиса.
